Главная Новости Донбасс: все закончится, но матери будут помнить

Донбасс: все закончится, но матери будут помнить

На братских могилах не ставят крестов

by admin
139 просмотров
Пропавшие без вести на земле Донбасса, куда они пришли с войной

Этот крест сфотографировала я. Под ним лежат какой-то Богдан Прокопчук и еще двое. Похоронили их старики-ополченцы. В тот день на одном из многочисленных блокпостов на пути в Луганск я и застала только двух стариков и молодого ополченца Юру. Сюда же на блокпост привезли двенадцать убитых ополченцев. Руки их были связаны, и было видно, что перед смертью их пытали. Поэтому старики вовсе не хотели хоронить этих троих украинских, которых свои не забрали. Но они лежали у дороги, стояло лето, они разлагались. Тогда их похоронили, поставили им крест из веток молодого дерева и написали на нем – «Здесь лежат украинские солдаты».

Я уже хотела ехать, но Юра предложит познакомить меня с Сережкой. Я согласилась, и мы зашли на поле, и пошли мимо разорвавшихся и неразорвавшихся снарядов. По дороге Юра рассказал, что недавно один местный мальчишка пульнул картошкой в один такой и покалечился. Обошли дом, в котором жила бабушка Юры. Он рассказал, что когда пришли добробаты, Богдан Прокопчук, например, Юра залез на дерево и оттуда доложил своим – кто, как, сколько. По нему ударили градами. Один снаряд полетел прямо над крышей бабушкиного дома. Она выбежала и закричала – «Голод застала! Фашистов застала! И до этой войны дожила!». Она сразу описалась от страха.

А мы все шли по полю к этому Сережке. И я все гадала – кто он? Ребенок, друг, собака? Кто? Наконец мы встали у сгоревшей боевой машины, под ней лежала горстка пепла и обгоревшая косточка. «Сережка» – сказал Юра.

– Я тут телефон нашел после боя, — говорил он, — полистал фотографии — там ребенок маленький. Еще эсэмэски — просил перед боем жену, чтобы матери позвонила, а та, чтоб за него молилась. Позвонил по нему жене — мне ж не жалко. Сказать, что ее муж умер. А трубку взял сам хозяин телефона, он, оказывается, из этого боя живым вышел. Судя по голосу, мужик опытный, наверное, офицер. Я спрашиваю: «А кто под машиной?» Он говорит: «Сережка. Новобранец». Не знаю, говорит, как его родителям сказать. А с ними еще один был. Кричал: «У меня ребенок только родился! Не убивайте!» А нам же не жалко его не убивать, мы его не убили, в больницу отвезли.

А нам же не жалко его не убивать, мы его не убили, в больницу отвезли. Он раненый был, там от потери крови скончался. Не, ну ты представь! Этот дома там живой сидит, а Сережку убили! Я этому тогда в телефон говорю: «Слушай, ты к нам больше не ходи. И пацанам вашим скажи, чтоб не ходили». А мы с ним по-русски разговаривали, он по-украински не умеет. Он тогда и говорит: «Не пойду и пацанам скажу. А ты похорони, пожалуйста, Сережку». Будет у меня выходной, я Сережке крест поставлю. Не, ну ты представь! Он там живой, а от Сережки ничего не осталось! Так что не покажу я тебе Сережку. Извиняй.

Я думаю, того креста уже нет, его смяли в бою. Так что этот Богдан Прокопчук, еще двое и Сережка — пропавшие без вести на земле Донбасса, куда они пришли с войной. Да кому они нужны? Зеленскому? Тем, кто из майдана продрался к власти и все восемь лет пировал? Кто их вспомнит? Вот я помню эпизодически. Юра помнит. И матери их помнят. Матери-то каждый день помнят так, будто все было вчера. Я знаю, что меня не читают ни те гражданские, которым вчера раздали оружие, ни украинские военные. Но все-таки. Все заканчивается, и потом никто ничего не помнит. Кроме матерей.

Источник: https://www.instagram.com/marina.slovo/

Вам также может понравиться

1 комментарий

Валя 14.03.2022 - 14:51

Фашисты сегодня опять сбросили кассетную бому на Донбасс и убили 20 человек мирных жителей. Когда же их настигнет кара господня? Дождутся, что будет приказ пленных не брать 🙁

Ответить

Оставить комментарий